Обочина, или почему у меня нету травмата

Последние годы в загородных пробках я по обочине не обгоняю.

Во-первых, некуда больше спешить — как говорится, ямщик, не гони лошадей.

Во-вторых, пробок в Ленобласти стало, как ни странно, гораздо меньше. Восемь лет назад хронически, годами, ремонтировался Ладожский мост — было не попасть в Шлиссельбург, а обочина ехала в 2 ряда. В то же время действовало сужение в Зайцево на пути в Гатчину: с учётом полос разгона и обочины, щемились из 6 рядов в один. Мне как раз надо было быстро перемещаться между Шлиссельбургом и Лугой, а федеральная трасса А-120, пресловутая бетонка, была тогда как после ядерной войны. За пару ходок тогдашняя моя Primera P12 вставала на ремонт с оторванными подушками двигателя и разбитыми наконечниками. Короче, сокращать время в пути приходилось, как только можно, и с обочин я не вылезал.

В-третьих, общедоступный интернет дал право слова всяким дрищам, маменькиным сынкам и паталогической безотцовщине (что неправильно, это надо запретить), которых я презрительно именую «гражданское общество». Они настолько забили пространство комментариев своим воем в адрес нас, обочечников (а как известно, the empty can rattles the most), что я немного подвинулся под напором этой чернухи и стал видеть гражданского активиста в каждой машине, едущей не по обочине. Решил меньше собирать негатива на себя.

Однажды я выложил в ВК видео, где активист пытался перекрывать обочину, а из джипов вышли люди и наваляли ему пиздюлей. Выложил, конечно, с одобрением джиперов. Начался срач в комментариях, я только посмеивался. Уж перекрыть обочину — до такого я бы точно не додумался. Тогда. Я ненавидел карелов, потому что их фуры с регионом 10 перекрывали обочины у нас в Ленобласти. В Карелию свою езжай и там перекрывай, а? Ненавидел всех остальных дальнобойщиков, принципиально не дававших обгонять свои вереницы в Вышнем Волочке, куда тоже часто ездил.

В 2017 году, когда я уже не был обочечником и спал в одних полосах с фурами (хуй с вами, я устал ненавидеть), по пути из Крыма мы встали в глухой ремонт виадука в Новгородской области. Светофор горел в 1 сторону по полчаса, а пробка была часа на 3. Ребёнок решил выйти из правой двери подышать на обочину, и тут же чуть не был сбит пронесшимся на дикой скорости вдоль стоящей пробки обочечником.Я был возмущен: сам обочечник, но всегда опережал вежливо, километров +20 в час к потоку, и чтобы сильно не пылить. А тут отморозки какие-то. Чуть ребенка не убили. А я за рулём без остановки от Воронежа. И тоже домой хочется быстрей.

Съезжаю и перекрываю обочину.

Быстренько за мной скапливается вереница. Первым подошёл тип резко уголовного вида из «девятки», и стал жестикулировать и мычать, как глухонемой.

— Чё ты мычишь, сказать не можешь? Нахуй иди, — я настолько был в себе уверен, что сидел к глухонемому в профиль, положив левый локоть на оконный проём.

Глухонемой ещё немного помычал, я повертел головой отрицательно, и тут он меня бьёт прицельно со всей дури в нос.

Как потом выяснилось — от бокового удара порвалась ноздря, но мне сразу было не до детализации ран. Схватив железную противоугонку, я гонялся за глухонемым по пробке, поливая кровью асфальт. Он оказался опытен и ловко уворачивался, не пропустив почти ни одного удара. Его глухонемая подруга, увидев драку, страшно по-глухонемому завыла. Загнав этого чёрта к подруге в машину, я вернулся к себе. Жена обтёрла кровь, и подошли следующие посетители из новенького чёрного Мерседеса-купе.

Два классических-преклассических чеченца-спортсмена с бородами, лет 25 (я видел под футболками мышцы без капли жира), улыбаясь, попросили по-братски пропустить.

Не выпуская из рук кровавую салфетку, я разразился тирадой о ПДД, предложил им меня убить, но с обочины я не сойду, и напомнил, что они находятся в России. Последнее привело их в ярость:

— Эй, ты что, ты во мне узбека увидел, да? Я гражданин России! У меня дед эту страну защищал!

Я смягчил тон и обьяснил всё интеллигентно. В итоге мы подружились, чечены сказали, что до самого Питера обгонять меня не будут (продержались потом километров 10, побибикали и обошли, но уже хорошо).

Так вот, к чему про травматы. Я себя знаю достаточно хорошо. Будь у меня тогда травмат, все восемь резиновых пуль были бы у глухонемого в глазницах. И контрольный рукояткой по затылку. И двумя ногами на черепе прыгал бы, пока не стащили.

А это, с высокой долей вероятности, тюрьма.

Поэтому, нет у меня ни травмата, ни чего-то убивающего. И вам не советую. Если нет решимости стрелять и убить, он вам бесполезен. А если есть, то тюрьма, рано или поздно.

Ибо долбоёбов всё больше.

Не ходите, дети, в Малуксу гулять

Год назад я выпускал ролик на youtube про Старую Малуксу, который дошёл до целевой аудитории и вызвал закономерную реакцию

В Старой Малуксе, как я уже говорил, много людей с криминальным прошлым и будущим, а также людей с полным отсутствием воспитания. Единственный малуксинский интеллигент, Лев Аникин, жил практически взаперти и старался ни с кем не общаться. Поселился он в Старой Малуксе по банальной причине — дешёвое жильё в пятиэтажках, а у интеллигенции лишних денег нет. Тем не менее, местная гопота добралась и до него. По мнению дочери Аникина, его смерть носит криминальный характер: »Там и наркоманы ходят по улицам, которые ни за что могут убить, и в квартире несвойственный ему беспорядок был», — сказала она в разговоре с 47news.

Вот теперь факты: пропавшим Лев Аникин был 10 дней, в квартире дверь открыта, несвойственный журналисту бардак, и лежит он мёртвый в «подлеске за станцией Старая Малукса», а причина смерти, типа, инсульт. Зашёл в подлесок, умер, и никто его не видит. Листвы на кустах нет, декабрь месяц, и снег не валит — плюсовые температуры. Народу там шныряет много. И так хорошо тело спрятано, что находят его только после недели целенаправленных поисков. Ведь он же не за грибами пошёл в конце ноября, тем более «в подлеске за станцией Старая Малукса» они не растут.

Лев Аникин
Лев Аникин

Какая в Малуксе полиция, я уже говорил в вышеприведённом ролике: полиция ближайшая во Мге, и ей некогда. Будь что резонансное — прислали бы следователя из СПб, но смерть старенького журналиста, пусть даже носящая криминальный характер, ни разу не резонансная. Дали ему по голове и оттащили в кусты, забрали ключи и пошуровали в квартире. Рядовая мгинско-малуксинская бытовуха.

Я вырос в Весёлом Посёлке в СПб; у нас одно время гордились Правобережным рынком на Искровском, который занимал, якобы, первое место в Европе по обороту наркотиков. Точка номер один, короче. Наркоманов вокруг было много, и отличать их от ненаркоманов для меня особого труда не составляет. В Старой Малуксе наркоманы есть. На что они живут, если работы в Малуксе нет — а тащат всё подряд, всё, что можно украсть.

Например: стою в кустах на участке, отдыхаю от работы топором; машина припаркована на дороге рядом. Идёт молодой человек с характерным цветом лица и глазами. Я его вижу, а он меня нет, я в кустах. Идёт, ровняется с моей машиной и останавливается. Что он делает, думаете? Высматривает через тонированные стёкла, что можно взять в салоне. А что, тачка стоит без хозяина, у наркомана рефлекс — бьёшь стекло и берёшь всё, что видишь. Тут я шевелюсь, он понимает, что палится, и чешет дальше.

Или ещё: гружу дрова в машину, ни от кого не прячусь, сумерки. Двое подростков с лопатой начинают копать обочину прямо у моего участка. Меня поражает, что они нисколько не стесняются моего присутствия, будто меня нет. В темноте не видно, что они кладут в яму. Закопали, собрались уходить.

— Что закопали? — имитируя шутливый тон, спрашиваю я.

— Рельсу, — отвечают подростки, — закопана хорошо, не откопаете.

Рельса там или что ещё, я проверять не стал. Может, и зря, но закопай они там хоть труп — думаю, мгинской полиции не было бы дела.

После ролика о малуксинских жителях чего только мне не писали. Какие-то армяне из Нагорного Карабаха, малуксинские резиденты, учат меня жить. Мне это не нравится, честно говоря: где Нагорный Карабах, и где я. Стал более благожелательно посматривать на питерских азербайджанцев. В целом, была только одна комментатор из местных жителей, частично признавшая мою правоту, и один переехавший из СПб сварщик, которые не гнали в комментариях ненависть. Для остальных ролик попал в точку: уголовники, невоспитанные, воры и так далее.

Минувшей осенью ездил на участок напилить дров. Смотрю, вдалеке по Карьерной идут две тётки. Я уже на большом расстоянии вижу, по походке, что они меня бесят: походка у них праздная. Терпеть не могу праздных людей, особенно в сельской местности: там теоретически не может быть времени ничего не делать, всё посвящено хозяйству. Вожусь в кустах, они за листвой равняются с участком и слышу их праздный разговор:

— Да он говорит там в интернете, что тут за люди в этой Малуксе, и я и в разных местах был, и нигде такого нет, и чёрт те что…

А думаю, вот и успех у целевой аудитории. Вот кто мне дизлайки ставит. Типичные праздные местные люди.

От Малуксы до Рыбацкого час не электричке; можно работать в СПб, но делают это немногие. Тут есть. где воровать. Лесничество, например. Мог бы посоветовать местным работать над воспитанием, но это совершенно бесполезно: воспитание — это врождённое.

У меня за жизнь было несколько котов, и все они были очень разные по характеру; все они были взяты от матерей в грудном возрасте, и не успели от них сознательно ничего усвоить. Но, подвальный кировский кот демонстрировал вершину такта, ума и деликатности; породистый персидско-ангорский — не особо; полупородистый из Разметелево — был борзый, хотя и душевный; а кот из коттеджа местного кировского олигарха был бездушным, невоспитанным и нетактичным. Пребывание в среде моей семьи никак не влияло на их характер на протяжении всей жизни; из этого я делаю вывод, что деликатность и такт — вещи врождённые.

В Малуксе с этим беда.

Недаром Лев Аникин ни с кем не общался.

Не с кем там.

Читайте также: Что ловится в Старой Малуксе, В каком состоянии дорога до Старой Малуксы, Мой опыт в Старой Малуксе

В Кировске на Бульваре Партизанской Славы

В Кировске Ленинградской области есть улица — Бульвар Партизанской Славы, или БПС, по-народному. Улица узкая, по ширине как 2 автомобиля, то есть позволяет разъехаться встречным.

На Бульваре Партизанской Славы есть Сбербанк, единственный в Кировске. Отделение очень посещаемо, только там можно круглосуточно потупить у банкоматов, или некруглосуточно у операторш — делая с ними то, что делается нормальными людьми дома со смартфона или компа, ну ладно. Большинство ведь просто снимает и кладёт наличные, совершенно искренне. Отделение неплохое.

Напротив отделения Сбербанка, через дорогу — парковка на 150 автомобилей. В выходной день большинство мест пустует. В будний парковка почти заполняется к позднему вечеру, но всё равно мест достаточно. Я посещаю Сбербанк 1-2 раза в неделю, и останавливаюсь на этой парковке.

Однако же, многие кировчане всегда найдут, как продемонстрировать умственную отсталость. Они игнорируют парковку, и ставят автомобили на проезжей части, полностью блокируя одну полосу движения. В выходные дни из-за этого нередко случается пробка. Едешь со стороны Ладожской улицы, становишься и пропускаешь встречные машины. Иногда очень долго. Однажды меня заколебало так стоять и ждать встречных, которые тупили через одного, я выехал на их полосу и понёсся очередному тормозу, осознающему свои права, очень быстро в лоб. Перед самым его капотом я вильнул ещё левее и объехал его по газону, через снежный вал. Да, я так езжу. Не нравится — пиздуйте с этого сайта. Один комментатор тут ёрничал про мой Уаз Патриот — мол, предел мечтаний. Да, предел мечтаний, потому что такие люди вокруг. Нет смысла иметь BMW, будешь не ездить, а всё время в кого-то упираться. УАЗ хотя бы позволяет объехать по газону.

Вообще, кировские водители тормознуты и осторожны — много пьяных, и сказывается разница доходов с Петербургом. Многие берегут машины, думая, что они от этого дольше не сломаются. Лучше вообще не иметь автомобиля, по-моему, чем беречь его, молиться на него и надрачивать, но это вопрос опять же умственной отсталости.

Никто не проколет шины этим кировчанам, игнорирующим правильную парковку; никто не потычет их носом, куда надо парковаться; никто интеллигентно не выразит своё фи. В городских пабликах и форумах будет о чём угодно, только не об этом. Такие люди.

Про этот кейс я записал как-то ролик на youtube, он эмоционален и тема не раскрыта, как и у всех моих роликов, но всё же:

О сайте памяти дрозда

Это стихотворение я пихал раньше и во вконтакт, и в ЖЖ; на этих платформах, как можно догадаться, ничего не индексируется, и я не могу найти свой текст поисковиком по названию или кускам текста. В этом стихе всё правда — это буквальная зарисовка обсуждений из вконтактовской группы, посвященной памяти человека, которую я лично не знал, но наверняка неоднократно видел. Много лет мне не давали покоя мысли о девушке, про которую сказано в конце заметки про теодолитный ход. Она ушла от нас и вскоре вышла замуж за человека курсом младше. Лет через десять, пощёлкивая по профилям вконтакте, я вспоминал людей с того курса, смотрел фотки времён учёбы. Нашёл эту группу, где студенты-биологи курсом младше меня оплакивали однокурсницу и хотели создать сайт её памяти. Обсуждения меня поразили. Люди с понтом трепали языками, и ничего не делали. Это продолжалось год, два, три и далее. Группа называлась «Памяти Галки»; она провисела в таком виде почти 10 лет, сейчас я её найти её не могу, а родственную группу закрыли. Но уж, поверьте мне на слово и на этот раз. Всё правда, даже про Дятла и однополые браки — он действительно их активно защищал на форумах, в заметках и везде. Почему текст в рубрике «Наука»? Да потому что это про учёных! Половина упомянутых птиц давно с кандидатскими степенями. И это главнейшая черта и прерогатива позднесоветских и российских учёных — трепать языком и ничего не делать.

О сайте памяти Дрозда

Дрозда любили многие вокруг.
В нём было притягательное что-то.
Ему и Дятел — кум, и Перепелка — друг,
И Цапля из соседнего болота
Нет-нет, да и приветливо кивнёт.
Он жил, творил, любил, куда-то мчался
Но как-то раз трагически скончался:
Удар, несчастье, прерванный полёт.

Друзья, конечно, в шоке — ну и ну,
Был Дрозд — и нет. Стена ВКонтакте плачет.
Все пишут, кто-то чувствует вину,
Накапсил САрыч: «ПАМЯТЬ ВЕЧНАЯ ЕМУ»,
Да, есть что вспомнить, так или иначе…
И тут пробило Дятла: «Быть сему,
Ребята — мы должны
не пожалеть труда,
И сделать сайт — конечно, памяти Дрозда».

— Прекрасная идея! — все орут.
В головках птичьих сразу перспектива:
Вот сайт, там много фоток, креатива,
Цитаты, тексты, тэги — так и прут,
Да баннеры трагически мерцают.
И в память о разбившемся Дрозде,
ВКонтакте создается группа, где
Его друзья идею сайта обсуждают.

— Сайт должен быть на эдакой платформе, —
С умом вещает тихий Козодой, —
Чтоб графика и всё такое — в норме,
Чтоб глюков не было, чтоб интерфейс простой.
— Нет, надо так, — советует Щегол, —
Чтоб каждый, кто на этот сайт зашёл,
Дизайну и контенту умилился.
— А где контент, однако? — Лебедь взвился.

— Нам надо выбрать имя для домена, —
Сказала Сойка, — варианты есть,
Сейчас придумали имён мы целых шесть —
От «Дрозд-инфо» до «Песня чёрной птицы»,
Хотя, похоже, заняты они…
Но имя надо выбрать непременно.
Проголосуем? Как не поверни,
Без имени идея тормозится.

Итак, — отстукал Дятел, — что у нас,
(«Итак» он стёр и написал «And now:»),
Должны открыть мы эф-ти-пи для Павы,
(Верстать, однако, вызвалась она —
Задача не особенно трудна),
Сайт будет крут, заделаем на раз,
Подумать с эс-кью-эл и пи-эйч-пи,
Ну и вообще, друзья, аш-ти-ти-пи…

Поглядывает Цапля из болотца:
Работа как-бы вроде-бы ведётся,
И Дятел, отдавая дань Дрозду,
Задачи ставит с префиксом «to do:».
Однако — цигель, долго ли нам ждать?
Народ устал и сайта он желает.
Синица стала робко щебетать:
«Ребята, кто сверстает? Кто сверстает?»

И что в итоге. Страсти улеглись.
Друзья куда-то тихо разбрелись.
Дрозд года три уж канул в Лету,
Вокруг всё та же ерунда,
А сайта памяти Дрозда,
Как можно догадаться, нету.
Да ну и что. И ладно. На хрен сдался.
Сойдёт и так; ВКонтакте-то остался.

А Дятел где? Не очень-то и плакав,
Особо и не помнит о Дрозде —
На форумах, в заметках и везде
Стучит о пользе однополых браков.

2011

Имитационные науки. Филология

Все знают слово «негодование». Если по-школьному, или по-научному, разобрать это слово на части, то кажется очевидным: «не» — приставка, «год» — корень, «ов» и «ан» — суффиксы, «е» — окончание.
А вот фигушки!
Загляните-ка в словари, написанные доблестными филологами!
Корень слова «негодование», какой бы вы думали, по официальной науке, а?!
Корень, который не стесняются публиковать — «негодова».

Когда мы работали в Ейском районе Краснодарского края, приехавший из Москвы инженер Саша Рогозин обратил наше внимание:
— Вы заметили, что местные говорят «не годА»? «Не годА себе»?
Я действительно не обращал на это «не годА» внимания, поскольку звучало оно настолько естественно и отполировано, как наше «ни херА» или аналогичное.
Саша был внимательнее.
— Сегодня я слышал фразу «Какого годА ты это сделал?».
Теперь мы стали внимательнее слушать речь станичников.
«Не годА», «не годА себе», «какого годА» употреблялись в их речи ровно так же часто, как в нашей «ни фига», «ни хрена», «какого хрена» или аналогичное. Это не было что-то локальное, так говорили ВСЕ. Мы работали в станице с населением четыре тысячи человек, и за полтора года пообщались почти со всеми.
Мы обсуждали между собой, что такое «год». Я съюморил, произнеся при обсуждении фразу с доллара «In God We Trust». Это было оценено с точки зрения юмора, но и с точки зрения филологии это, как мне кажется, верное направление для анализа.
«Не годА», «не годА себе», «какого годА» употребляются жителями станиц Ейского района безусловно в контесте негодования. Я уверен, что если бы хоть один сраный филолог посетил за годы советской и постсоветской власти или Краснодарский край, или Ростовскую область, он констатировал бы данный факт и описал бы его.
Гугля на эту тему, я не нашёл ничего, кроме корня «негодова» в словарях.

Однажды я купил в книжном магазине СПбГУ книгу, опять же издательства СПбГУ, сделанную кафедрой славянской филологии СПбГУ. Книга называлась «Учёные — молодым славистам». В ней «учёные» с кафедры славянской филологии доказывали, что слово «медведь» происходит не от сочетания слов «мед» и «ведать», а от сочетания «мед» и «есть» через связку «в». Как они при этом объясняют украинское слово «ведмедь», можно только гадать, но то что ни автор, ни редактор, являющиеся специалистами по СЛАВЯНСКОЙ филологии, не имеют представления о других славянских языках, кроме русского — это очевидно. Однако, они почему-то знают литовский: в этой же книге они рассказывают о недопустимости выведения слова «колобок» из составляющих «коло» (круглый) и «бок», а возводят происхождения колобка к литовскому слову kalbaks, что в переводе означает… «ломоть ржаного хлеба».

Вы понимаете, какую тему я хочу поднять. Российские учёные не работают «в поле», причём не работают в поле и те, кому там работать положено (об этом в следующей заметке из серии «Имитационные науки» про биологию). Они сидят в кабинетах, читают иногда лекции. Формат получения информации в виде лекций имел доказанную эффективность 5% (самую низкую) ещё до поголовной информатизации и цифровизации. Сейчас это — 0%.
Но, эти люди получают зарплату из госбюджета. И мне кажется, они не должны её получать.
Вы скажете, что какой-нибудь Ротенберг ворует больше, чем зарплата тысяч учёных. Я не видел Ротенберга и не знаю, за что он получает деньги. Но учёных я видел, жил среди них, учился шесть с половиной лет в СПбГУ. Это было самое мразотное общество из всех, через которые я прошёл в последующей жизни. Общества строителей, охранников, колхозников я не назвал бы мерзкими. А сообщество учёных назвал бы. В каждом обществе есть изгои, которые лучше остальных. Про них я тоже буду писать, как про Дмитрия Брониславовича Малаховского, например.
Но больше — про мразоту. Потому что её там количественно больше.