Сон

Снится сон, будто иду где-то в северной части СПб, а надо пешком дойти в южную. Думаю, надо перекусить — поднимется сахар в крови, так от ходьбы сработается. А есть ли деньги, думаю. Лезу в карман, а там, помимо прочих, сложенные пополам пятитысячные, штук восемь. Нормально. Поднимаю голову, где-то наверху над высоченным пандусом читается вывеска — «Паштет», название заведения. Захожу, там такая столовка, где с подносом двигаешься вдоль еды, а потом на кассу. Становлюсь взять горячее, только собираюсь с раздатчиком обсудить выбор, а он головой крутит и кладёт мне курицу с рисом. Часть курицы, не знаю как называется, не крыло и не ножка, треугольная. «Рекомендуете, что ли?», спрашиваю, а рис мне нельзя, высокий гликемический индекс. Ну ладно, от ходьбы сработается. Смотрю на сосиски в тесте печёные — но, думаю, надо терпеть, нельзя. Двигаюсь до места, где чай берут — пакетики лежат Greenfield, и разновидность типа «суперкрепкий» — беру. Дальше пакетики поменьше — ароматизаторы к чаю, «черника» — ого, черника полезна для поджелудочной железы, беру. Приближаюсь к кассе, и тут понимаю, что сосиску в тесте всё-таки мне надо. Пока передо мной тётку расчитывают, бегу в начало раздачи, а там уже и нет никого, хватаю сосиску и решаю почему-то её не декларировать, в кармане мимо кассы пронести. Кассирша, советская такая баба, пробивает мои покупки, при этом самого подноса мне не видно. И говорит сумму: «Пять тысяч триста сорок рублей!». Обычно в жизни, когда озвучиваемая цена для меня выше ожидаемой, я хорохорюсь и оплачиваю. По крайней мере, не торгуюсь никогда. Уже собрался деньги достать, а в очереди за мной говорят — что-то у вас дофига вышло, спросите чек. Конечно дофига, думаю, мне и раздатчик сказал, что курица стоит 300 рублей. Просим чек, а там чёрт знает что набито, камчатский краб какой-то, крупные позиции разбиты на мелкие суммы рублей по 20, и итог — 5340 рублей. В общем, не оплачиваю и не обедаю, но остаётся спорная ситуация с заведением — обед под меня выделен, хотят оплаты. Следующая сцена, прихожу в свою бывшую школу и захожу в класс, учеников там нет, а сидят на первой колонке за партами три русских учителя. Один из них с усами, и все трое едят рис из тарелок. Только рис, без курицы и прочего. «Приятного аппетита!», говорю, и начинаю рассказывать свою историю про чек на 5340 рублей, при этом для удобства слушателей переношу действие в кафе «Золотая Рыбка» города Кировска. «И вот, у меня тяжба с ними теперь», говорю. Учителя кивают.

Тут в 5 утра заходит в палату санитарка (с ними в НИИ им. Джанелидзе проблема, большой некомплект, и берут женщин совсем некондиционных — сегодняшняя, как мне сказали потом, глухая) проверить, есть ли у меня в санузле мусор. Мусора нет, но разбудила.